Сегодня, в день своего пятидесятилетия, директор Фиртич снял банкетный зал у другого директора — директора ресторана «Созвездие» Кузнецова. До прихода гостей оставалось четверть часа.

Почтительно придерживая Фиртича за локоть, Кузнецов направлялся к своему кабинету. Они уже успели перекинуться общими фразами, обменяться новостями. Настал момент решить какие-то свои вопросы.

- Послушай, Костя, мне шерсть нужна голубая. Метров триста. Персонал приодеть. Поможешь?

- Универмаг по перечислению не отпускает, Аркадий.

- Поэтому я и обратился к тебе. — Кузнецов тронул за локоть своего гостя.

- Ладно, будет тебе шерсть. Время выбрал подходящее, хитрец. Добрый я сегодня. Позвони, напомни.

Фиртич все решал быстро и самостоятельно. Хозяин, что бы о нем ни говорили. А говорили о нем разное. Вошли в просторный и уютный кабинет с высокими, под старину, латунными канделябрами и темными обоями.

- Хорошо у тебя, — одобрил Фиртич. — А у меня — сарай с зеркалами.

Кузнецов достал из бара бутылку с роскошной этикеткой, коротким движением скрутил пробку. Коньяк тяжелой струйкой плеснулся в рюмку. Фиртич сделал маленький глоток и прижал язык к нёбу, наслаждаясь терпким коньячным духом.

- Думаешь, зачем я тебя заманил в свой кабинет? — спросил Кузнецов.

- Не без этого, — кивнул Фиртич.

- Слышал я, Константин, что ты всерьез задумал повозиться в своей лавке.

Фиртич окинул Кузнецова летучим взглядом. С чего это вдруг директор ресторана заговорил о том, что более всего заботило Фиртича в последнее время?

- Слышал, слышал. — Кузнецов провел мясистой рукой по коротко остриженным волосам. — Ко мне разные люди захаживают, сам понимаешь.

- В наших делах не играют в жмурки, можно лоб расшибить, — обронил Фиртич.

- Ну, Табеев говорил, директор универмага «Фантазия»... Мол, в управлении выделяют средства на новое оборудование. А ты все деньги хочешь уволочь на свой холм, других с носом оставить.