Сазонов дал знак милиционерам — они разошлись по двое к каждой половине высоченных крепостных дверей. Ржаво скрипя, сомкнулись створки. Растянулась узорная решетка-гармошка. Степан Лукич особым, отдельно хранимым ключом поставил последнюю точку. И сразу же глубокий аквариум Универмага наполнился плотной, пронзительной тишиной. Казалось, и город вымер, отсеченный толстыми, метровыми стенами старой кладки.

Сазонов дождался, когда возвратится пожарно-сторожевая охрана.

- Все нормально, Павел Павлович, — оповестил старший группы. — Нигде никого. Смело могучим ураганом.

- Собак привели? —« для порядка спросил Сазонов.

Он и сам уже видел собаковода.

- Так точно, — ответил старший. — В тамбуре дожидаются.

Теперь можно покидать торговый зал и сдавать его на пульт охранной сигнализации. Первым двинулся Лисовский. Следом потянулись остальные, не отставая и не забегая вперед — все должны быть на виду друг у друга. Инструкция! Конечно, товар в открытой выкладке...

Лисовский взял под руку Сазонова и склонил к нему свою крупную голову.

- Что вы дарите Фиртичу на юбилей? Не дефицитную бумагу?

Сазонов пожал плечами. Вопрос его обескуражил. Кому какое дело, что он дарит директору на пятидесятилетие!

- Не дарите дорогих подарков, приятель. Скромно. С достоинством. На фоне подношений Фиртичу это будет куда заметней. И выгодно вас отличит: человек знает себе цену, не лебезит. Значит, уверен в себе... А богатым подарком наших людей не удивишь. Тем более Фиртича. И вообще, скажите, Павел Павлович, зачем вам идти на юбилей?

Сазонов озадаченно взглянул на плохо выбритое широкоскулое лицо главбуха.

- Почему мне, собственно, не идти? — через силу улыбнулся он.

- Конечно. Вам, молодому человеку,.. Сколько вам лет?